Статья посвящена исследованию современного состояния корейской диаспоры. Характеризуются важные моменты исторического развития, определяющие особенности пребывания корейцев как разделённой этнической общности вне исконной страны их происхождения. Анализируются статистические данные о численности и самоназвании представителей корейской диаспоры во всем мире, приводятся сведения о состоянии системы дополнительного образования в Российской Федерации, способствующей сохранению национальной идентичности корейского населения. При этом делается акцент на роли образовательных и культурных центров, а также языковых школ, созданных усилиями сообществ корейских соотечественников. На основе анализа поисковых запросов, полученных на основе web-приложения Google Trends, устанавливается, что в настоящее время наблюдаются восходящие тренды, характеризующие интерес пользователей из зарубежных стран к проблемам функционирования корейских культурных центров и изучению корейского языка. Авторы подчёркивают, что, несмотря на то, что Российская Федерация не лидирует в исследованиях проблем корейской диаспоры, на её территории ведётся систематическая работа по поддержке усилий диаспор в сохранении национальной идентичности, в развитии культуры и сохранении корейского языка. Приводятся факты, свидетельствующие о том, что корейские диаспоры юга России организовали эффективные социокультурные практики не только в условиях проживания в городах, но и в сельской местности. Внимание уделяется также научным исследованиям, посвящённым вопросам обучения этнических корейцев за рубежом, в частности, в Китае, где проводится образовательная политика, направленная на постепенное вытеснение преподавания на родном языке в начальной школе и заменой его на китайский язык.
This article examines the current state of the Korean diaspora. It describes key historical developments that define the unique characteristics of Koreans' existence as a divided ethnic community outside their original country of origin. Statistical data on the size and self-designation of members of the Korean diaspora worldwide are analyzed, and information on the state of the supplementary education system in the Russian Federation, which contributes to the preservation of the national identity of the Korean population, is provided. Emphasis is placed on the role of educational and cultural centers, as well as language schools, created through the efforts of Korean compatriot communities. An analysis of search queries obtained from the Google Trends web application reveals an upward trend in user interest from abroad in the functioning of Korean cultural centers and the study of the Korean language. The authors emphasize that, although the Russian Federation is not a leader in research on Korean diaspora issues, systematic work is being conducted within its territory to support the diaspora's efforts to preserve national identity, to develop culture, and to preserve the Korean language. They cite evidence that Korean diasporas in Southern Russia have established effective sociocultural practices not only in urban settings but also in rural areas. Attention is also paid to research on the education of ethnic Koreans abroad, particularly in China, where educational policies are being implemented to gradually replace native-language instruction in primary schools with Chinese.