В статье представлены результаты исследования роли психотравматизации женщин вследствие разных типов насильственного воздействия в формировании специфической картины тревожности. Исследование основано на предположении о том, что течение посттравматического стресса у женщин, в истории жизни которых присутствует опыт эмоционального, физического, сексуального насилия или их комбинаций, сопровождается различными проявлениями тревожности, специфичными для каждого типа насилия. С целью проверки гипотезы использовались следующие методики: «Опросник травматических ситуаций (LEC-5)»; «Шкала оценки уровня реактивной и личностной тревожности»; «Я-структурный тест Аммона»; «Тематический апперцептивный тест»; сквозное анамнестическое интервью. В исследовании приняли участие 74 женщины в возрасте от 20 до 59 лет, (med = 30). Набор данных проводился в период с мая 2021 г. по сентябрь 2022 г. в рамках диссертационного исследования. Показано, что респонденты, пережившие эмоциональное, физическое, сексуальное насилие и оценивающие его как наиболее травматичное событие в индивидуальном опыте, имеют более высокий уровень посттравматического стресса, чем респонденты, в картине психотравматизации которых отсутствуют эпизоды насилия. Участники исследования, имеющие в течение жизни контакт со стрессорами, относящимися к насилию разного типа, включая вынужденное свидетельство физического насилия, помимо более высокого уровня посттравматического стресса имеют статистически более высокий уровень неосознаваемой тревожности. Индивидуальная интерпретация какого-либо типа насилия как наиболее травматичного события за всю историю жизни или же девальвация степени его деструктивного воздействия по каким-либо причинам не играют статистически значимой роли в общей картине психотравматизации личности и в формировании специфического профиля тревожности. Отягощение анамнеза с сексуальным и (или) физическим насилием дополнительным эмоциональным насилием сопровождается повышением уровня неосознаваемой тревожности. Деструктивная тревога выше у женщин, в опыте которых помимо физического насилия присутствует сексуальное насилие.
The article presents the results of a study of the role of psychotraumatization of women due to different types of violent influence in the formation of a specific pattern of anxiety. The study is based on the assumption that the course of post-traumatic stress in women, in whose life history there is an experience of emotional, physical, sexual violence or their combinations, is accompanied by various manifestations of anxiety specific to each type of violence. In order to test the hypothesis, the following methods were used: «Life Experiences Questionnaire (LEC-5)»; «The State-Trait Anxiety Inventory»; «Ich-Struktur-Test nach Ammon»; «The Thematic Apperception Test»; an anamnestic interview. The study involved 74 women aged 20 to 59 years, (med = 30). The data set was conducted in the period from May 2021 to September 2022 as part of a dissertation study. It is shown that respondents who have experienced emotional, physical, and sexual violence and assess it as the most traumatic event in their individual experience have a higher level of post-traumatic stress than respondents whose psychotraumatization picture lacks episodes of violence. Study participants who have lifelong contact with stressors related to violence of various types, including forced evidence of physical violence, in addition to a higher level of post-traumatic stress have a statistically higher level of unconscious anxiety. Individual interpretation of any type of violence as the most traumatic event in the entire history of life or devaluation of the degree of its destructive impact for some reason does not play a statistically significant role in the overall picture of psychotraumatization of the individual and in the formation of a specific profile of anxiety. The aggravation of the anamnesis with sexual and (or) physical violence by additional emotional violence is accompanied by an increase in the level of unconscious anxiety. Destructive anxiety is higher in women whose experience includes sexual violence in addition to physical violence.